Союз виноградарей и винделов России На главную страницу
На главную страницу Карта сайта Обратная связь
Новости информационно-аналитического портала Виноградарство и виноделие РоссииТорговая система предприятий виноградарско-винодельческой отрасли РоссииЗаконодательство виноградарско-винодельческой отрасли РоссииАнализ виноградарства, виноделия и рынка винаМаркетинговые технологии виноделияТехнологии виноделияТехнологии виноградарстваСистемы автоматизации для виноградарских и винодельческих предприятийВыставки, конференции, фестивалиИнвестиционные проекты виноградарский компаний и винодельческих хозяйств РоссииВ помощь потребителюВинный туризмНовые статьи, материалы, обзорыГПРСХЦПВРезультаты поиска
Анализ виноградарства, виноделия и рынка вина / Российский рынок виноградарства и виноделия: состояние, анализ, тенденции, прогнозы / Русское вино с французской душой

Русское вино с французской душой

«ЧИСТОСЕРДЕЧНОЕ ПРИЗНАНИЕ» РОССИЙСКОГО ВИНОДЕЛИЯ

Производство высококачественных вин в России, как и любое принципиально новое начинание, переживает сегодня «болезни роста». Относительно немногочисленные производители вин, способные завоевывать международные награды и реализовывать продукцию по цене свыше 150 рублей в опте, находятся под пристальным вниманием скептиков. Можно ли произвести вина такого класса исключительно из российского винограда? Ответ на этот вопрос для многих совсем не однозначен.
На этом фоне проект «Шато ле Гран Восток», позиционирующийся как первое в стране производство «русских вин с французской душой», анонсировал запуск новой серии импортных вин, разлитых на мощностях компании в Краснодарском крае. Способно ли российское виноделие обойтись без импортных виноматериалов? Как сочетается идея производства русских вин качественно нового уровня и импорт винодельческого сырья? Что стоит за достаточно смелым шагом компании, способной, как показала практика, на совершенно нетривиальные решения? Ответы на эти вопросы мы постарались найти в рамках данного материала.

ВТОРИЧНАЯ ИДЕОЛОГИЯ

Россия исторически является страной вторичного виноделия. На первый взгляд подобный тезис может показаться достаточно парадоксальным, ведь в советские времена южная Россия по площадям виноградников вполне могла поспорить с некоторыми признанными винодельческими державами. Тем не менее, огромная масса винограда, собиравшегося в нашей стране, не отличалась высоким качеством. Кроме того, виноградарь в те времена был оторван от винодела, осуществлявшего переработку, а тот, в свою очередь, практически никак не взаимодействовал со своим коллегой, осуществлявшим финальную обработку и розлив вина. ГОСТы, регламентировавшие качество сырья, были далеко не совершенны, и, зачастую, именно на последнем этапе винодельческого цикла проявлялось все мастерство специалиста, вынужденного работать «с чем придется». Видимо, в те годы и родился в советской профессиональной терминологии диковатый для любого иностранца термин «виноматериал». То есть не вино, а некий «материал» — сырье, уровень которого может быть самым разным — от вполне приличного, до ни куда не годного, — и которому только предстоит после ряда различных технологических ухищрений стать вином.

Кроме того, отечественное виноделие практически никогда не обходилось без завозного вина наливом. «Золотой век» российского виноградарства длился совсем недолго. Долгие десятилетия значительная часть советских вин, так называемого массового спроса производилась из импортного сырья. Еще в 70-ые годы страна закупала огромное количество виноматериалов за рубежом — преимущественно в Алжире. Только к 1984 году, когда площади виноградников в СССР достигли впечатляющих 1,3 миллиона гектара, этот импорт существенно сократился. А всего пару лет спустя началась антиалкогольная компания, последствия которой для виноградарства общеизвестны.
На работе с импортным и привозимым на удаленные от виноградников заводы «городского типа» винодельческим сырьем выросло не одно поколение российских виноделов. Говоря об этом, стоит отметить еще особенность виноделия именно РСФСР, а впоследствии и России. Если в той же Молдавии, Грузии или в Крыму было достаточно много предприятий со своими подшефными виноградарскими хозяйствами, «первичками» и мощностями обработки и розлива вин, в России такие заводы можно было пересчитать по пальцам одной руки, и этот факт наложил отпечаток на сам подход к производству вина в России.

Если в той же Молдавии, Грузии или Крыму было достаточно много предприятий со своими «подшефными» виноградарскими хозяйствами, «первичками» и мощностями обработки и розлива вин, в России такие заводы можно было пересчитать по пальцам одной руки, и этот факт неизбежно наложил отпечаток на сам подход к производству вина в России.

Именно поэтому, когда несколько лет назад на юге страны начали реализовываться проекты виноделия полного цикла, где именно винодел, а не ГОСТ определял готовность винограда к сбору, где качество будущего вина начинало формироваться чуть ли не с посадки виноградной лозы, их появление стало настоящей сенсацией.

СОВЕСТЬ ВИНОДЕЛА

Преодолеть «вторичный» имидж российского виноделия оказалось делом непростым. Только после первых очевидных успехов виноделия принципиально нового уровня, игроки рынка поверили в то, что в категории local premium Россия может создавать не только пивные и водочные бренды. Примеры нескольких российских производителей, первым из которых в свое время стал уже упоминавшийся проект «Шато ле Гран Восток», убедительно доказали — в России можно делать вина достойного уровня, способные открывать для себя экспортные рынки и завоевывать награды престижных международных конкурсов.

Реализация идей такой степени амбициозности требует существенных вложений, и себестоимость российских вин европейского качества оказалась достаточно высокой. Рынок принял российские вина по цене от 150–200 рублей на полке, и потребитель в отношении новинок повел себя вполне патриотично, но последовать примеру «первопроходцев» в производстве высококачественных российских вин оказалось совсем непросто. У проблемы насыщения рынка качественным вином, произведенным и розлитым в России, нашлась и вполне предсказуемая оборотная сторона. Россия, как ни крути, не Аргентина и не Испания. Собственных виноградников пока крайне мало, а виноградников высокого класса и вовсе считанные десятки гектаров. Бездонный российский рынок этими объемами никак не закрыть. И отечественный производитель, не без грусти наблюдая за тем, как импортеры длинными эшелонами завозили в страну вначале молдавские и грузинские, а после испанские, аргентинские, болгарские и прочие бутилированные вина рублей по 60 в опте, практически неизбежно приходил к мысли о снижении издержек.

Кстати, современная конъюнктура мирового винодельческого рынка вполне благоприятствует российским виноделам, заинтересованным в закупках импортного вина для последующего розлива на своих предприятиях. Жесточайший кризис перепроизводства, продолжающийся не первый год в европейских странах и внушительные дотации их правительств, совершенно не заинтересованных в развале виноградарской отрасли, делают цены на вина наливом из Европы вполне приемлемыми. При желании сегодня можно найти столовое европейское вино наливом хорошего качества по цене около 50–60 евроцентов за литр. В странах Нового света отпускная цена качественных вин наливом будет еще ниже, но расходы на их дальнюю перевозку морем практически полностью корректируют эту разницу. Таможенные пошлины на подобный продукт в России сейчас крайне низкие — 5%. Путем несложных подсчетов, учитывая доставку, обработку вина перед розливом, дополнительные комплектующие и относительно скромную рентабельность производства, можно получить розничную цену неплохого вина «без претензий» порядка 120 рублей за бутылку. Крупные компании, закупающие вино наливом в значительных объемах и работающие с серьезным оборотом, в принципе, могут давать и более привлекательные цены, но нижний ценовой уровень продукта, претендующего называться «честным вином», в любом случае вполне очевиден.

При желании сегодня можно найти столовое европейское вино наливом хорошего качества по цене около 50–60 евроцентов за литр. В странах Нового света цена отпускная качественных вин наливом будет еще ниже, но расходы на их дальнюю перевозку морем практически полностью корректируют ценовую разницу.

Одним словом, рассказывать о том, что львиная доля вин, разливаемых на российских предприятиях, выпускается на основе импортного сырья, сегодня никому не надо. Равно как и о том, что обработать и разлить испанский или аргентинский виноматериал значительно проще, чем на долгие годы «зарывать» деньги в землю виноградников. Причем, открыто говорить о происхождении разного рода «каберне» и «мускатов» не принято. Если уж некий производитель расположен где-нибудь на юге России, то потребителю совсем не обязательно знать, что собственных виноградников у него нет и гектара.
И проблема даже не в том, что на этикетке вина, происхождение которого не имеет ни малейшего отношения к российскому винограду, некоторые производители пишут «изготовлено в Краснодарском крае». В конце концов, такие вещи должны регулироваться если не законодательством, то совестью винодела. Главное, что качество некоторых российских вин, цена которых в супермаркетах удивляет своей «демократичностью», вызывает серьезные сомнения, из какого бы виноматериала они не были изготовлены. Сколь бы не были доступны качественные европейские и новосветские столовые вина наливом, некоторым предпринимателям и эта цена кажется высокой. В той же Европе всегда отыщется сырье процентов на 50, а то и 70 дешевле. Правда, ни о каком качестве в этом случае говорить уже не приходится. Попадая на завод в России, подобный «виноматериал», который значительно ближе к уксусу, чем к вину, проходит целый ряд «доработок», призванных придать ему хоть какое-то подобие винного вкуса и аромата. И в этом случае опыт советского вторичного виноделия, «приводившего в чувство» алжирские виноматериалы по 8 копеек за литр, оказывается весьма востребованным.

ШАНС ДЛЯ ВИННОГО РЫНКА

По итогам прошлого года аналитики отмечают весьма значительный рост производства российского вина — порядка 48%. Доля высококачественных российских вин в этом буме, к сожалению, невысока. Тем не менее, винный дефицит прошлого года предоставил серьезные возможности для раскрытия потенциала российских вин нового уровня. Винный рынок наиболее интенсивно растет именно в той категории, в которой могли бы развиваться отечественные «премиальные» бренды. Как отмечает финансовый директор проекта «Шато ле Гран Восток» Елена Денисова, ниша качественных российских вин по цене 7–10 долларов за бутылку, сегодня увеличивается на 10–12% в год. Еще в 2003 году, когда запускался проект, пределом мечтаний менеджмента был семи-восьмипроцентный рост.

Большинство винодельческих компаний, стремящихся работать по мировым канонам, признают, что делать в России столовые вина по средней розничной цене ниже 150–200 рублей не просто малорентабельно…

Разумеется, говорить даже о самых доступных винах этого сегмента, как о повседневных, можно лишь в отношении представителей среднего класса. Большинство винодельческих компаний, стремящихся работать по мировым канонам, признают, что делать в России столовые вина по средней розничной цене ниже 150–200 рублей не просто малорентабельно. Удачный урожай винограда, в который, учитывая сложные климатические условия, вкладывается поистине титанический труд, купажировать с импортными виноматериалами и продавать по низкой цене такие производители считают, по меньшей мере, варварством.

С другой стороны, даже сегодняшний лидер продаж «премиальных» и «суперпремиальных» российских вин — то же «Шато ле Гранд Восток» — только в ближайшее время планирует выйти на объемы реализации около миллиона бутылок в год. Если для компании-импортера такой оборот выглядит вполне масштабным, то для гораздо более затратного производства на поддержание виноградников и тем более на развитие предприятия может и не хватить.

Существует и еще один аспект проблемы обеспечения рынка качественными российскими винами. По данным аналитических исследований, бурный рост сейчас происходит не только в «премиальном», но и в «субпремиальном» сегменте — порядка 120–150 рублей за бутылку в рознице. Освоить эту нишу в полном объеме российским производителям «честных вин» мешает целый ряд факторов. В первую очередь, это пресловутая нехватка сырьевой базы. Из-за прошлогодних морозов и без того не великие объемы виноградников сократились почти на 8 тыс. гектаров. Конечно, работа по закладке новых плантаций сейчас ведется, как никогда интенсивно, но даже при самом благоприятном развитии событий отечественному виноградарству не достичь в обозримом будущем европейских и новосветских возможностей. Российской виноградарско-винодельческой отрасли остро не хватает современной уходной техники, квалифицированных кадров, технологической базы. Не говоря уже о государственных дотациях. И использование импортного вина наливом является хоть и временным (пока не подрастут собственные виноградники), но вполне очевидным решением этой проблемы.

Конечно, на фоне не вполне добросовестных производителей, выплескивающих на рынок огромное количество виноподобной продукции из импортного виноматериала, единственным достоинством которого является низкая цена, афишировать работу с зарубежным сырьем никто не стремится. Потратив множество средств и сил на продвижение собственных вин, как высококачественных и истинно российских, такие производители хоть и не скрывают наличие в своем ассортименте отдельных линеек, произведенных за пределами страны (о чем вполне честно говорит контрэтикетка продукта), но и на передний план их не выдвигают.

В таких условиях некоторые участники рынка отнеслись к заявлению «Шато ле Гранд Восток» о начале розлива французских, итальянских и тунисских вин на собственном производстве под маркой Voyage с удивлением. Не свидетельствует ли новый «импортный» проект компании, открывшей новую страницу в российском виноделии, о смене столь «выстраданных» принципов?

«Наше начинание в области розлива импортных вин в России, — комментирует Елена Денисова, — имеет целый ряд совершенно принципиальных отличий от общепринятой практики. Во-первых, мы жестко выступаем против купажирования вин Франции, Италии и прочих стран с собственно российскими. Во-вторых, речь идет исключительно о качественных винах, специально отобранных и прошедших строгий контроль наших французских специалистов. Наконец, непременным условием работы в новом направлении является полное честное информирование потребителя о месте происхождения вин.

Мы уже доказали, что в России можно сделать очень хорошее вино. Теперь наша задача — возглавить добросовестный импорт в Россию отборного столового вина со всего света. Торговая марка «Шато ле Гран Восток» в данном случае выступает для потребителя гарантией качества вина. Покупатель, который уже имел возможность оценить творения Франка Дюсенера, созданные в России и из российского винограда, получит возможность попробовать лучшие по соотношению цена-качество столовые вина Италии, Франции, Туниса, за качество которых Франк полностью отвечает своей репутацией».

Профессионалам российского винного рынка прекрасно известно, что добропорядочные европейские коммерческие компании в больших объемах закупают вина в разных странах для последующего розлива под собственными торговыми марками. И никто ничего зазорного в этом не видит. В России же подобная практика скрупулезного отбора вин, бережной их транспортировки и мягкой обработки перед розливом в целях сохранения всей полноты органолептических качеств пока является чуть ли не откровением. В этом смысле начинание «Шато ле Гран Восток» вполне может дать начало новой тенденции на рынке. Компании, уже сумевшей однажды продемонстрировать, что в нашей стране можно производить вина мирового класса, вполне по силам отобрать за границей, довезти до России достойное вино и бережно его разлить. Задача даже не столько техническая, сколько идеологическая.

Источник: napitki.com