Союз виноградарей и винделов России На главную страницу
На главную страницу Карта сайта Обратная связь
Новости информационно-аналитического портала Виноградарство и виноделие РоссииТорговая система предприятий виноградарско-винодельческой отрасли РоссииЗаконодательство виноградарско-винодельческой отрасли РоссииАнализ виноградарства, виноделия и рынка винаМаркетинговые технологии виноделияТехнологии виноделияТехнологии виноградарстваСистемы автоматизации для виноградарских и винодельческих предприятийВыставки, конференции, фестивалиИнвестиционные проекты виноградарский компаний и винодельческих хозяйств РоссииВ помощь потребителюВинный туризмНовые статьи, материалы, обзорыГПРСХЦПВРезультаты поиска
В помощь потребителю / Разное / Вина Hugel

Вина Hugel

Винная фамилия

Эльзасский винодел Этьен Югель объясняет «Пятнице», как сочетать рислинг с японской кухней и почему во французской деревне нельзя ездить на BMW седьмой серии.

В 1982 году Этьен Югель был призван на срочную службу во французскую армию и отправлен в Западный Берлин. «Солдат, я назначил тебя своим персональным водителем, — сказал новобранцу командир части. — Только потому, что у тебя такая же фамилия, как у моего любимого вина — Hugel». — «Господин полковник, я сделаю все, чтобы оправдать ваше доверие», — ответил Югель, чья семья делает вино в Эльзасе с 1639 года.

«Служба задалась», — смеется Югель, вспоминая этот эпизод 25 лет спустя. Мы сидим в японском ресторане Yoko и любуемся видом на вечерний храм Христа Спасителя. Югель — большой поклонник азиатской кухни и уверен, что его вино отлично подходит к японским, вьетнамским и тайским блюдам. Чтобы продемонстрировать это, он и организовал ужин в японском ресторане.

«Эльзасский рислинг, например, отлично сочетается с японской кухней, — говорит Югель. — И вообще эльзасские вина подходят к блюдам азиатской кухни — не только японским. А гевюрцтраминер отлично сочетается с индийскими блюдами, где используется карри».

Но меня больше интересует, с какими блюдами русской кухни сочетаются вина Hugel. «С черной икрой, — отвечает Этьен. — Я помню мои прежние визиты в Россию, когда ее было очень много, теперь икры, к сожалению, стало гораздо меньше. Должен признаться, что я знаю русскую кухню хуже кухни азиатских стран, но у вас в изобилии используются те же продукты, что и в Эльзасе, — картофель, капуста, свинина, то есть эльзасские вина вполне подходят к русским блюдам».

Россия стала уже шестым по величине экспортным рынком для Hugel; продажи в Азии — в частности, в Китае, — тоже очень быстро растут. У эльзасского дома даже появился забавный сувенир — пробка от вина Hugel, оформленная в виде подставки под палочки. По словам Этьена, идея родилась у него во время ужина в Китае: под рукой не оказалось подставки, и он машинально положил палочки на пробку. Китайским дилерам Hugel идея понравилась.

Вряд ли предки Этьена Югеля, перебравшиеся в XV веке из Швейцарии в Эльзас и построившие в 1639 году винодельню в деревушке Риквир, предполагали, что через два с лишним века их вина будут продаваться на другом конце земли.

Надо сказать, что Ганс Ульрих Югель основал свой дом не в самые лучшие для эльзасского виноделия времена: до начала XVII века. Эльзас был одним из главных центров европейского винопроизводства, но Тридцатилетняя война 1618-1648 гг. нанесла региону — и местному виноделию в том числе — огромный урон. Дальше было не легче: французская революция, наполеоновские войны, франко-прусская война 1870 года — губительные для сельского хозяйства боевые действия в Эльзасе не утихали. Но дом Hugel выжил. А после Первой мировой войны окончательно оправился от всех потрясений под руководством Фредерика Эмиля Югеля. Следующий этапный период в жизни компании Hugel связан с именем Жана Югеля — внука Фредерика Эмиля.

Жан придумал классификацию и разработал стандарты для сладких десертных вин из Эльзаса — Vendage Tardive и Selection des Grains Nobles. Первоначально эти наименования были только на бутылках Hugel, но постепенно стандарты стали общеупотребительными для всех местных виноделов: если в 1981 году лишь 11 эльзасских домов производили вина Vendage Tardive и Selection des Grains Nobles, то два года спустя — уже 108, а в 1989 году — свыше 500.

Этьен говорит о своем дяде с придыханием: «Жан родился в 1924 году, то есть ему сейчас 83. Он был моим настоящим учителем — присоединившись к компании, я начал работать на виноградниках, на винодельне и уж затем постепенно откочевал в коммерцию, занялся продажами. Я формировался под его влиянием. И, думаю, это огромное преимущество семейных компаний — то, что вы можете работать рука об руку с вашими старшими родственниками, учиться у них. Этот опыт бесценен».

Одна из семейных реликвий Hugel — самая старая винная бочка в мире, сделанная в 1715 году. У бочки есть собственное имя — Ste.Caterine, она до сих пор используется по прямому назначению: «Каждый год в ней выдерживается разное вино, — говорит Югель. — Иногда простое, например Pinot Blanc. Иногда, как в выдающемся 1976 году, — Selection des Grains Nobles».

Сегодня дом Hugel выпускает вина четырех категорий: Classic, Tradition, Jubilee и Vendage Tardive/Selection des Grains Nobles.

Базовое, самое недорогое вино — Classic. На него приходится около 70% от общего объема производства. Эти вина Hugel делает из винограда, который покупается у других местных производителей (владеющих 115 га виноградников), поскольку собственные виноградники Hugel занимают лишь 22 га.

На вина категории Tradition идет лучший виноград сортов Muscat, Riesling, Gewurztraminer, Pinot Gris, который компания покупает у сторонних производителей, плюс собственный виноград.

В категории Jubilee делаются белые вина из сортов Riesling, Gewurztraminer и красное Pinot Noir (в Россию оно не поставляется). Они производятся только из винограда, выращенного в собственных поместьях: «Это высший уровень наших сухих вин», — говорит Югель.

Десертные вина Vendage Tardive и Selection des Grains Nobles выпускаются только в лучшие годы. Виноград, идущий на изготовление Selection des Grains Nobles, собирается вручную — ягода за ягодой, по мере того как на них образуется благородная плесень.

На Jubilee, Vendage Tardive и Selection des Grains Nobles приходится около 20% физического объема производства Hugel (в деньгах, конечно, больше — поскольку это самые дорогие вина). Но Россия со своей безумной структурой потребления и здесь стоит особняком: в нашей стране — единственной в мире — Hugel продает больше дорогого Gewurztraminer Jubilee, чем дешевого Classic Gentil.

«Я поражен количеством роскошных отелей и машин, которые появи­лись в Москве за последние два года», — говорит Югель, вращая в бокале душистый Gentil урожая 2005 года.

Весь прошлый год российский алкогольный рынок трясло из-за проблем с системой ЕГАИС, и я интересуюсь, сказался ли этот кризис на бизнесе Hugel в нашей стране.

«У нас никакого падения продаж в России не было, что свидетельствует: наш партнер — компания МБГ — проделала очень хорошую работу, — говорит Этьен. — А мои коллеги, отвечающие за наклейку этикеток, счастливы — больше им не придется клеить эти страшные русские акцизные марки».

С момента нашей последней встречи прошло два года, и я обращаю внимание, что дизайн визитной карточки Югеля изменился. Это было сделано для того, чтобы стал более заметным интернет-адрес компании: Югель — большой поклонник Сети, сайт у Hugel появился еще в 1996 году — одной из первых винодельческих компаний во Франции. Сегодня у Hugel есть версии сайта на семи языках. Следующей версией будет русская, обещает Югель: «Надеюсь, до конца года сайт заработает».

Когда Югель говорит про Интернет, его глаза загораются еще ярче, чем когда он говорит про вино: «Сайт Hugel — это моя страсть. Жене я говорю: “Дорогая, у меня нет супруги, но у меня есть интернет-сайт”. Каждый день, где бы я ни находился, я обязательно захожу на наш сайт». Дженсис Робинсон, знаменитый винный критик из Великобритании, назвала блог Hugel лучшим блогом винного производителя. Каждый день на сайт заходят в среднем 400 человек, которые остаются там около 6 минут — невероятный факт для винодельческой компании, новости у которой бывают дважды в год: в момент сбора урожая и розлива нового вина.

За бутылкой десертного Gewurz­traminer «Vendange Tardive» 2000 года разговор заходит об автомобилях.

До последнего времени Этьен ездил на Peugeot 607 в самой богатой комплектации — такие автомобили до появления Citroen C6 были у высших французских чиновников, в том числе президента Франции. «Возможно, мне хотелось бы ездить, скажем, на BMW 7-й серии, но в моей деревне меня бы не поняли», — говорит Этьен.

Но дочке Югеля захотелось более роскошную машину, и она уговорила отца купить… Volkswagen Phaeton — отличный автомобиль, ставший основой для Bentley Continental, но тем не менее отвергнутый покупателями; во Франции «фаэтонов» было продано всего несколько десятков.

Этьен согласился, но поставил перед дочерью два условия: выгодно продать Peugeot 607 (машину с прожорливым 3-литровым бензиновым двигателем сбыть во Франции непросто) и найти Phaeton за хорошую цену (это было легче — Эльзас граничит с Германией). Дочка справилась. Но когда Югель пригнал машину в родной Риквир, его работники опешили, рассказывает он со смехом: «Шеф, наши дела идут так плохо? Зачем вы поменяли Peugeot 607 на Volkswagen Passat?»

Дела идут отлично, успокоил их Этьен. «На мой взгляд, только два французских региона оказались незатронутыми кризисом винодельческой глобализации — Шампань и Эльзас, — говорит он. — Так что в целом я расцениваю наши перспективы как очень хорошие».

 Источник: friday.vedomosti.ru