Союз виноградарей и винделов России На главную страницу
На главную страницу Карта сайта Обратная связь
Новости информационно-аналитического портала Виноградарство и виноделие РоссииТорговая система предприятий виноградарско-винодельческой отрасли РоссииЗаконодательство виноградарско-винодельческой отрасли РоссииАнализ виноградарства, виноделия и рынка винаМаркетинговые технологии виноделияТехнологии виноделияТехнологии виноградарстваСистемы автоматизации для виноградарских и винодельческих предприятийВыставки, конференции, фестивалиИнвестиционные проекты виноградарский компаний и винодельческих хозяйств РоссииВ помощь потребителюВинный туризмНовые статьи, материалы, обзорыГПРСХЦПВРезультаты поиска
В помощь потребителю / Разное / Винные анархисты

Винные анархисты

Новые вина Старого Света

В середине 90-х годов прошлого века бельгиец Марк Белинкс, один из самых известных специалистов в области виноделия – и не только у себя на родине, решил объединить единомышленников, разделяющих его подход к производству вина как абсолютно уникального продукта. В круг избранных помимо самого Белинкса вошли Ив Грас, Паскаль Верег, Люк де Конти, Пьер Спейер, Шарль Мартэн, Пьер Клавель, Кристиан Жербер и Фредо Рибе. С легкой руки журналистов и винных критиков этих людей вскоре стали называть «винаршистами», или «винными анархистами», якобы за то, что они исповедуют нетрадиционные принципы виноделия. Их вина сегодня раскупаются задолго до розлива по бутылкам и поставляются по специальной резервации в лучшие рестораны Европы. Не проходит и года, чтобы тот или иной шедевр в исполнении винаршистов не получил очередной престижной награды или не удостоился похвалы ведущих мировых экспертов. Таковы факты.

Налицо феномен, с которым невозможно не считаться. Однако и впрямь ли мы имеем дело с бунтарями, поправшими заветы отцов и дедов? На память приходит известное высказывание Люка де Конти по поводу инноваций: «Для всего мы ищем только несовременное». В чем суть их методов? Какова их философия? Да и сам термин – насколько точно он отражает суть того, что делают эти люди?

На сегодняшний день в списке энтузиастов-новаторов числится девять французских хозяйств. Большей частью они расположены в различных апеллясьонах Юго-Запада, одно находится в соседнем Лангедоке и еще по одному – в Долине Роны и в Эльзасе.

За исключением последнего, речь идет о регионах, где еще не полностью сложилась иерархическая классификация хозяйств, аналогичная той, что есть в Бордо или в Бургундии. Столь же строгая, но часто неповоротливая, не способная быстро реагировать на изменение конъюнктуры мирового винного рынка и не всегда точно отражающая актуальную ситуацию внутри отдельных регионов (на память приходит недавний скандал, когда одно из сент-эмильонских шато в судебном порядке вернуло себе утраченные позиции в апеллясьонной иерархии).

Итак, относительная внешняя свобода в практике виноделия и больше возможностей для самовыражения, которой винаршисты не преминули воспользоваться, – первое, что следует иметь в виду. Конечно, это накладывает на них дополнительные обязательства, поскольку в случае какой-либо ошибки им не удастся укрыться за популярностью и репутацией апеллясьона. Плохое вино из малоизвестного региона психологически воспринимается потребителем совсем иначе, нежели плохое вино из Бордо. Поэтому успешный винодел должен, образно говоря, прыгать выше головы, творчески разрабатывать собственные приемы и методы виноделия, добиваясь стабильного и неизменно высокого качества.

Отсюда вытекает второй важный момент – технология. Здесь нет никакого единообразия. К намеченной цели каждый идет своим путем. Некоторые винаршисты, в частности Люк де Конти (Château Tour de Gendre) и Пьер Спейер (Domaine Laffont), последовательно исповедуют принципы биологического земледелия. Работы на виноградниках строго увязаны с фазами Луны, подкормка лоз осуществляется только органическими удобрениями, которые порой готовятся весьма нетрадиционно.

Например, Пьер Клавель (Domaine Clavel) из Лангедока на зиму закапывает череп животного с измельченной корой дуба и листьями крапивы внутри. Весной эта смесь смешивается с талой водой и используется для питания лозы. Трудно сказать, насколько сильное воздействие на будущее вино оказывают подобные манипуляции. Скорее таким образом винодел демонстрирует свое отношение к виноделию как на 100% естественному биологическому процессу.

В Domaine Clavel (Лангедок), Château du Cèdre (Каор), Château Tour de Gendre (Бержерак) широко используется технология микрооксигенизации, впервые с большим успехом опробованная в Мадиране, в частности в Domaine Laffont. Речь идет о сложном процессе насыщения вина кислородом, благодаря чему смягчается чрезмерная танинность, от которой часто страдают южнофранцузские вина.

Винаршисты по полтора-два года выдерживают вина на осадке, не делая исключений даже для красных. А Люк де Конти и вовсе растворяет осадок в вине, чтобы добиться более выразительной и сложной органолептики. Для ферментации последователи Белинкса по мере необходимости используют баррики. Паскаль Верег (Château du Cèdre) принципиально выдерживает свой мальбек только в новом дубе. Аналогичным образом поступает Пьер Спейер по отношению к таннату и мансану позднего сбора. Однако часто виноделы отдают предпочтение большим дубовым бочкам, стальным танкам или даже открытым бетонным чанам, умело комбинируя различные технологические приемы и составляя окончательный купаж из виноматериалов, полученных разными способами.

Во всех хозяйствах максимально широко применяется ручной труд – во время сезонных работ на винограднике, при сборе урожая, а кое-где (Domaine Laffont) даже при отделении гребней. Многие сочтут подобный пуризм абсурдным. Но при небольших объемах производства это вполне реально, а результат, безусловно, оправдывает затраченные усилия. Так что винаршисты заслуженно являются признанными лидерами своих апеллясьонов.

Строго говоря, в экспериментах французских новаторов нет ничего принципиально оригинального. Все эти технологии давно и хорошо известны, практикуются повсеместно, хотя и с разной степенью интенсивности и в разных комбинациях. И даже винаршисты не едины в том, на какие приемы и методы следует делать акцент. Но никакой анархии нет. А вот что точно нетипично, так это стремление производить в малоизвестных апеллясьонах отличные терруарные вина высочайшего качества, обладающие яркой индивидуальностью, сложной органолептикой и внушительной перспективой к старению. Сравнивать их с великими винами Бордо или Бургундии было бы, конечно, не совсем корректно, хотя многие эксперты идут именно по этому пути. Слишком разнятся климатические условия, сорта винограда, традиции виноделия, но главное – это взгляд на то, что значит быть виноделом. А вот попробовать эти новые вина Старого Света непременно стоит. Хотя бы для того, чтобы убедиться – винодельческий потенциал Европы еще далеко не исчерпан.

Источник: enoteka.ru